Кто контролирует Сбербанк?

По мере усиления Сбербанка к его руководству возникает все больше вопросов, в том числе со стороны крупнейших компаний и малого бизнеса. О сути этих претензий рассказывают СМИ.

Герман Греф.

Назвать всех предпринимателей мошенниками и выводить сотни миллиардов рублей из госкомпаний, игнорировать законы РФ и присваивать себе функции государства, последовательно стремясь стать частным банком.

Неконтролируемая сберкасса

Победа в суде «Транснефти» над «Сбербанком» стала поводом для ЦБ РФ обратиться с письмом к системно значимым банкам, сообщает newirkutsk.ru. Регулятор просит банки в короткие сроки предоставить детальную информацию о сделках по хеджированию рисков клиентов — перечень контрагентов, цели хеджирования, сроки погашения, план действий по минимизации рисков и др. А сразу после завершения судебной тяжбы между двумя госкорпорациями ЦБ введет категории инвесторов — юридических лиц и новый обязательный норматив для банков, сообщила директор департамента развития финансовых рынков ЦБ Елена Чайковская на Международном банковском форуме. В нем будет учитываться, в том числе, кредитный риск по операциям с деривативами.

Два месяца назад суд согласился с доводами нефтяной компании, требовавшей от банка вернуть ей 67 млрд рублей. «Транснефть» посчитала несправедливыми результаты сделки по хеджированию валютных рисков, заключенной в 2014 году.

На сегодня это единственное действия регулятора, который пока даже не пытается контролировать финансового монстра, в которого превращается старейшее российское финансовое учреждение.

Сегодня Сбербанк аккумулировал около 70% вкладов населения. В регионах у людей нет выбора куда идти — других банков просто нет. Сбер стал фактическим монополистом по оплате коммунальных услуг, а вместе с ВТБ24 занимает три четверти рынка ипотеки.

Сберегательный монстр расползается, захватывая рынок риелторских услуг и подминая под себя отраслевые сферы электронной коммерции в России. И не только коммерции, но и государственные функции: выдача паспортов, страховых свидетельств, водительских прав и, возможно, сбор налогов. «Банки заменят собой государство», — предрекает профессор Валентин Катасонов. Добавим, избранные крупные банки, тогда как мелкие и средние банки борются за выживание.

«Сейчас все мелкие и средние банки сидят под предписанием ЦБ. Каждая операция отслеживается. О прибыли никто уже не думает, главная задача выжить. Выжившие смогут себя продать… Сберу или ВТБ… Банковские деньги стремительно локализуются вокруг этих двух. К марту схема будет выглядеть так: оставшиеся банки перейдут в разряд региональных с правом осуществлять операции только внутри региона прописки. И будет несколько федеральных банков. Сбер, ВТБ, Россельхозбанк, может быть Альфа… », — рассказал владелец одного из мелких банков.

За последние три года банки фактически «обескровили» российскую экономику на сумму от 600 млрд. руб. до 1 трлн руб., считает доктор экономических наук, профессор МГИМО (У) МИД России Алексей Буренин. «Такое положение вещей вряд ли нормально, для отечественно экономики важны как банки, так и нефинансовые компании. Кому нужны такие услуги или услуги таких банков, которые приводят к убыткам отечественных компаний до 1 трлн рублей», спрашивает эксперт. При этом Буренин говорит об убытках крупных компаний, тогда как малый бизнес последовательно сгоняют в Сбербанк, тех же, кто не хочет идти под крыло Сбера, Герман Греф прямо обвинил в «отмывании».

Греф объявил войну малому бизнесу

Для малого бизнеса стали шоком слова Германа Грефа на Восточном экономическом форуме: «… Малый бизнес — во многом это фабрика по отмывке доходов, полученных незаконным путем». Это не просто эмоции главы Сбербанка — это и официальная политика ЦБ, которая приносит Сбербанку колоссальный доход.

Только за текущий год в черный список ЦБ попали 500 тыс. компаний, такими темпами к концу года малый бизнес в России «пойдет ко дну». Предприниматели бегут в Сбер, где еще есть какая-то надежда сохранить возможность банковских операций.

«С января 2017 года работать стало нереально тяжело… Методические рекомендации Банка России по выявлению сомнительных операций доведены до абсурда, банку проще заблокировать клиенту счет — и тем самым лишить его бизнеса», — пишет Анастасия Пронина, гендиректор Billion business consult (бухучет для малых предприятий).

За последние несколько лет Сбербанк стал крупнейшей «фабрикой» по выводу за рубеж денег из реального сектора российской экономики. В игре с валютными опционами, напоминает профессор кафедры Международных финансов МГИМО Алексей Буренин, которую Сбербанк вел в 2014—2015 годах, пострадавшими оказались лидеры российской промышленности, получившие миллиардные убытки: «Роснефть» — 122 миллиарда рублей, Транснефть — 65 млрд, «Уралкалий» — 36, «Аэрофлот» — 27,4, «Новатэк» — 20, АКХ «Сухой» — 13,5 млрд рублей. Через хитро составленные сделки с производными финансовыми инструментами от одной только Транснефти миллиард долларов оказался на кипрских счетах дочки Сбербанк CIB. Могла ли Транснефть отказаться от навязываемой сделки по уменьшению трат на обслуживание долгов? Вопрос риторический. А кто тогда даст той же Транснефти займы для строительства новых мощностей? Ведь законодательство требует инвестировать через банковский капитал.

Финансовые операции, подрывающие деятельность системообразующих компаний, — угроза для страны, считает Буренин, если оставить данный случай без внимания… то в один «прекрасный момент» мы увидим разрушенную экономику. При этом крупным компаниям некуда деваться — за деньгами они вынуждены обращаться в Сбер и ВТБ, которые выступают и как финансовые консультанты, и как продавцы валютных контрактов, и как кредиторы. А чтобы их не обвинили в конфликте интересов, обставляют сделки сложными формальными процедурами.

Кто остановит Грефа?

Сбербанк уже не подчиняется законам РФ, в частности, он отказался открывать свои отделения в Крыму. В капитале Сбера Банку России принадлежит 50,0+1 акция, а нерезидентам — 45,41%. Достаточно приватизировать хотя бы 5% капитала Сбера, о чем мечтает Герман Греф, и банк перестанет даже формально быть российским банком. В структуре иностранных акционеров Сбербанка доля компаний из США уже составляет 33%. Прав ли профессор Катасонов: скоро паспорта, подтверждающие российское гражданство, будет выдавать российско-американское СП?

На этом фоне вывод в кипрский офшор миллиардов долларов Сбербанком уже не выглядит чем-то экстраординарным.

Встает вопрос, кто вообще контролирует монстра? Главный регулятор банковского сектора ЦБ РФ расписался в отсутствии у него инструментов контроля за сложными финансовыми инструментами, которые Сбербанк впарил лидерам российского бизнеса на сумму более 300 млрд долларов. Единственным телодвижением ЦБ стала рассылка вышеупомянутого письма системно значимым банкам.

Эксперты разводят руками, Транснефть окрестила Сбер «волками с Вавилова стрит» с отсылкой к созвучному блокбастеру с Ди Каприо, а блогеры переименовали Сбербанк в Спёрбанк. Но ЦБ не выпустил ни одного регламентирующего документа о каких-либо ограничениях по объему вывода из госкомпаний средств посредством спекулятивных бумаг, как это сделано, например, с пенсионными деньгами.

Если ЦБ санирует банки, то логично было бы еще более жестко регулировать их деятельность, чтобы они не жирели в условиях падающей экономики. При этом для монополистов есть еще один регулятор — ФАС. И там, где у ЦБ «взгляд замылился», антимонопольщики могут навести порядок. Начиная от процентных ставок по вкладам населению и заканчивая навязанными сделками для промышленных компаний и предприятий. Что логично. Регулятор должен защищать весь рынок от монополиста, а не конкретные банки от вполне обоснованных претензий. Антимонопольщики как противовес банкирам могут сыграть свою партию в игре сдержек и противовесов в канун марта-2018. Игра Артемьев-Греф только начинается, но других противовесов на правительственном горизонте не просматривается.

Источник — ИА «Национальные интересы»

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

Источник: rosbalt.ru

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий